Всё о школе

Новости города Ростова-на-Дону и юга России

Сидели мы как-то давно с сынишкой на лавочке, тихо-мирно беседовали, загадывали загадки.  Он любил загадки с подвохом. Как выяснилось, до сих пор не знал про «А и Б сидели на трубе». Ну, слово за слово, рассказываю, что в одном детском фантастическом фильме эту загадку не могли разгадать инопланетные злые роботы и выходили из строя, когда им её загадывали. Сын заинтересовался фильмом. Я нашёл ему «Москва – Кассиопея» и «Отроки во вселенной». Пересмотрел и сам с большим удовольствием.

Фильм этот сделан добротно, он и сейчас смотрится современно. Хороша игра актёров – настоящих актёров той эпохи. К тому же фильм философский, остаётся в памяти на долгие годы. Нынешние ведь фильмы какие? Бах-бабах-вжик-чик! Переживаешь, сидишь в напряжении, пока идёт фильм. Закончился – и забыл. Сюжетов нет, герои в памяти смешиваются. А если и остаются (такие, как Бэтмен, Айронмен, Спайдермен), то только как разрушители-уничтожители, обладающие невероятной физической силой и извращённо расправляющиеся с врагами.

Сын смотрел про полёт к Кассиопее не отрываясь. Потом спрашивает: «Пап, а почему этот фильм в кинотеатрах не показывают?» Я говорю: «Да кто ж на него пойдёт, кроме нас с тобой!»

Действительно, такие фильмы требуют от зрителя определённой душевной работы, а не только проявления инстинктивных чувств и переживаний. Они тонки и романтичны.

Посмотрели мы после прочтения «Всадника без головы» хороший советский фильм по этому роману, от души посмеялись над «Новыми приключениями Дони и Микки» (такая давнишняя кинокомедия про двух обезьянок, которые не дали украсть из зоопарка бегемота). Теперь читаем Кира Булычёва. Я ему нашёл уже фантастические фильмы с замечательной музыкой и песнями – на выходные будем смотреть. Гитару вот купили, пытается брынчать, аккорды учит.

«Пап, - говорит, - когда я вырасту, у меня будет три машины!» - «А зачем тебе три?» - «Если одна сломается, сяду в другую. Если и другая сломается, сяду в третью». Я пытаюсь объяснить, что можно и одну содержать в порядке, а при необходимости ремонтировать, что само по себе наличие машины и большого количества денег – не главное в жизни. Мы ведь с тобой, говорю, гуляем, смотрим фильмы, читаем, играем в шахматы, ходим в театры. Вот перед Новым годом пойдём в Музтеатр на «Щелкунчика». Недавно «Лебединое озеро» смотрели, слушали «Севильского цирюльника». А ведь у многих как бывает – только о деньгах да о богатстве и думают, только и разговоров, что про это.

Сынишка подумал, а потом и говорит: «Когда я вырасту и у меня будет своя семья, всё будет так же, как и в нашей». А потом добавил: «Только ещё у меня будет три машины!»

Понимаю, что три машины (одна непременно «Бентли», другая – «Порш») нужны ему для статуса. Это как когда-то Достоевский, будучи студентом, в письмах просил у своего отца денег на чай с сахаром. Можно, говорил, и без сахара пить, да перед товарищами неудобно – они-то чай с сахаром пьют.

Неразрешимая трагедия – несвободность человека от суда других. Мысль эту давно ещё прочитал, кажется, у Чингиза Айтматова – когда-то весьма известного писателя. Хороший писатель был, романтик. И мы были романтиками. И такими счастливыми! Ведь наше счастье приходило к нам не только снаружи, от каких-то долгожданных подарков и покупок, - счастье наше проистекало изнутри. А нынешние дети в этом плане весьма обделены.

В семье мы создаём свой особый мир, но удерживать эту атмосферу радости общения становится труднее: внешний мир всё агрессивнее и агрессивнее, он разрушает хрупкие стены домашнего мирка, когда чик-чик – и я в домике.

Учительница на собрании сказала: «Когда приходите за детьми, забирайте их сразу, не давайте им играть и сами не стойте в школьном дворе, чтоб скученности не было». Видя, что на родителей такое объяснение запрета не подействовало (а почему ж в школьном дворе и не поиграть – не побегать с товарищами после уроков?), она призналась: «Если с детьми что-то случится на территории школы, то накажут школу, хоть даже вы и забрали ребёнка. Так что идите в соседние дворы!»

Вот и получается, что школа уже не только духовно, но и физически выталкивает ребёнка за свои пределы. Ведь в наши юные годы именно школа, а не родители делала нас романтиками, прививала нам любовь к звёздам, учила мечтать.

Я уже говорил о том, что школа перестаёт давать знания, а образование перемещается на квартиры репетиторов. Но самое страшное – что школа перестаёт и воспитывать.

Процесс запущен, его не остановить.

Страна с радостью проводила на пенсию мариванну, которая раньше не знала и теперь не знает компьютера, но которой было дело до судьбы каждого ученика. Это она писала в дневнике, что вася-коля-петя балуются на уроках, это она приглашала родителей на беседы, это она водила в походы и на концерты, это она хвалила за каждую маленькую победу и ругала за трусость, жадность и предательство. А место мариванны не смог занять никто. И теперь мы все понимаем, что до наших детей было бы дело только ей одной, что раз кончилась мариванна – скоро кончится и школа.

Я вспоминаю свою старенькую учительницу начальных классов. По всем предметам у меня были пятёрки, а вот математика не давалась – в общем, из-за невнимательности. Зинаида Петровна (так звали учительницу) ставила мне по математике четвёрки. И сама при этом страдала. Зато говорила: «Я ставлю тебе большую четвёрку. Это уже почти «пять». А если ты ещё чуть-чуть постараешься, то будет и пятёрка». И я старался. А когда получил пятёрку, она поставила огромную оценку – на полстраницы. Хвалила меня перед всем классом и, кажется, даже всплакнула. После этого четвёрок в четверти по математике у меня не было никогда…

Школа, как я уже говорил, самоустранилась от воспитания. И это не вина управления образования, конкретно кого-то из директоров или завучей – процесс уничтожения школы запущен по всей стране. Воспитание переместилось на улицу и в семью. Ну, улица воспитать всегда готова, а вот готова ли взять на себя такую ношу семья?

Очень часто именно в семьях дети получают страшные душевные травмы.

Мы в детстве летом пропадали на улице – до поздней ночи носились по дворам ватаги ребятишек, столько игр было всяких. А сейчас на улицу ребёнка не отпускаешь: страшно. Только хулиганы шастают. Все остальные дети по кружкам, секциям, чем-то занимаются или просто дома сидят – под присмотром. И что из них вырастет?..

Детей губят наши разговоры о деньгах. Если денег нет, начинаешь отказывать себе прежде всего в питании. И дети это замечают и начинают страдать больше, чем взрослые. Я вспоминаю, например, времена, когда мы не могли позволить купить маленькой дочке даже чупа-чупс. А если деньги появляются, опять думаешь, как их правильно потратить, опять разногласия. Случаются у кого-то шальные деньги – враз сносит крышу. Люди думают, что поймали Бога за бороду, забывают о своём прошлом и начинают презирать окружающих. И дети – тоже. Получи такую прививку прагматизма ребёнок в детстве, его неокрепшая нервная система может не справиться – и тогда всё, эта душевная травма сделает его моральным инвалидом.

Для таких с раннего детства мир лишён романтичности, загадочности. Главное – деньги, расчёт. И отсутствие мечты.

Ведь мечты могут быть только у романтиков. У остальных – только желания. Ибо мечта тем отличается от желания, что она одухотворена. Мечта может никогда и не сбыться, но главное – что она была, что ею была озарена жизнь.

Те, кто мечтал в детстве быть космонавтом или лётчиком, смогут жить и во дворце, и в шалаше. Могут – вообще под открытым небом. Тем же, кто изначально стремится к комфорту, многое вокруг будет казаться пресным.

Сейчас, например, уже не особо удивишь кого наличием автомобиля, просторной квартиры, бытовой техникой, украшениями. Теперь одним из показателей благополучия является возможность путешествовать по миру. Из представителей так называемого среднего класса уже мало кто не побывал в Турции, в Египте, в Таиланде. А дальше?

Одна наша знакомая по несколько раз в год выставляет в соцсетях свои новые фотки: Прага, Париж, Мадрид, Пекин, Ванкувер, Рио-де-Жанейро, Мехико… Скоро и мест-то таких на земле не останется, где она не побывала. А вот счастья в глазах нет. Так, коллекционирование поездок вместо умения найти и в самом малом повод для радости.

Мы, например, очень любим Крым. Сколько бы ни говорили о красотах заморских, о дешевизне турецких курортов и уровне обслуживания, не из-за обслуживания мы стремимся уже который год открывать для себя новое и новое на этом чудном полуострове. Здесь ведь и уникальная история, и природа, и архитектура. Здесь смешение языков и культур.

Нет, во многих других местах тоже очень хорошо. Замечательная, наверное, Испания. И Франция хороша. В Англию тоже можно было бы съездить. Только вот денег не хватит. Ну, и ладно. Обойдутся без нас Париж и Лондон, и мы без них обойдёмся. Сколько и так замечательных мест вокруг – жизни не хватит.

Выехать на рыбалку с ночёвкой. Тихая река с сонно плещущейся рыбой, потрескивающий костёр, печёная картошка, звонкая гитара… Это ли не счастье!

Но деньги – это тоже хорошо, это очень хорошо. Пусть деньги будут. Только главное – чтобы они не стали самоцелью. Чтобы накопление, в том числе и материальных благ, не стало бы смыслом жизни.

Мы, например, попутешествовали – целый год вспоминаем. А на такие же деньги соседи купили кожаную мебель – и тоже безумно счастливы. Правда, всё жаркое лето просидели в городе. И на следующий год тоже никуда не планируют. У других соседей сын вырос и вплоть до выпуска из школы никуда не выезжал. Ни разу за свою жизнь он дальше Ростова не ездил, ни разу не был на море. Зато у них хорошая квартира, и в квартире, и машина, и деньги.

С другой стороны, почему я их осуждаю? Ну, нравится им так жить – и пусть живут. Ну не хотят они быть романтиками – и всё тут. Да ради бога, пусть. Но кажется, что жизнь от этого становится беднее.

Конечно, если романтик только романтик, если он не может обеспечить себя и свою семью, а до старости сидит на шее у своих родителей, если у него на уме только песни под гитару и никакой ответственности, то какой прок от такого романтика! Это скорее не романтик, а инфантил. То есть доля какого-то прагматизма должна быть. Это, конечно, не когда считают деньги при свечах и под музыку Вивальди. Но всё-таки.

А вот дети должны быть романтиками. Иначе у них не будет детства. Теперешняя система образования отнимает у наших детей сразу несколько лет беззаботности, делает их прагматиками. Ведь ещё со средних классов они начинают заморачиваться по поводу поступления. И пошло-поехало: репетиторы, олимпиады, научные конференции. После школы портфель под стол – и к репетитору. К одному, другому, третьему. Чтобы получить то, чего недодала школа. А наутро – не успел выучить уроки по какому-то предмету, уже совсем ненужному для поступления и дальнейшей жизни. А учительница треплет нервы. Придёт воскресенье – и тут два-три часа заниматься с вузовскими преподавателями. Некогда читать, некогда смотреть кино, слушать музыку, общаться с друзьями – жить некогда. Поступил в вуз – та же гонка, если хочешь впоследствии хорошо устроиться в жизни. Потом надо завоёвывать место под солнцем, делать карьеру. А потом что той и жизни осталось!

К сожалению, за пределами квартиры, семьи ребёнка ждёт враждебный мир – насквозь прагматичный и безжалостный. Он не прощает слабость, мечтательность, романтизм. Этот мир больно бьёт человека, озлобляет его, делает бесчувственным к чужому горю и завистливым к чужой радости, выхолащивает человека, лишает его наслаждения жизнью. Но разве хотим мы, чтобы так было у наших детей и внуков?

А потому, как бы ни уставали мы на работе, нужно, придя домой, и побеседовать, и помечтать вместе, и прочитать книжку на ночь. На самом деле это очень просто…

Игорь Северный, «Неделя нашего региона»


____________________
Нашли ошибку или опечатку в тексте выше? Выделите слово или фразу с ошибкой и нажмите Shift + Enter или сюда.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Рубрики