Случилось так, что в 90-е годы страна нас «кинула». Кинула безнадёжно: выбирайтесь сами, как хотите. Те, кто тогда находился на жизненном старте, не мог сразу приспособиться к новым реалиям. Многие не могли в силу своего воспитания и совестливости воровать и обманывать, а привыкли добросовестно работать и жить вознаграждением за свой труд, то есть «на одну зарплату». Эти люди вдруг резко оказались за бортом той самой жизни – с блёстками, шампанским, икрой, яхтами, газетами, заводами и пароходами. Полстраны перешло в разряд нищих.
Помнится, что на учительскую зарплату в один из нелёгких месяцев стремительно несущейся перестройки можно было купить лишь четыре пачки сливочного масла в так называемом коммерческом магазине. Помню, как мы стояли в бешеной очереди, чтобы купить 300 граммов сыра по 400 рублей, поскольку, по слухам, наутро он должен был стоить уже 800 рублей. Помню, как, для того чтобы купить что-нибудь из еды (всё равно какой!), нужно было обежать все магазины в округе, потому как ценники кто-то успевал переписывать, а кто-то не успевал. Помню, как однажды мне, работающему на полторы учительских ставки, стало плохо при виде свежего торта в магазине, как хотелось его тут же незаметно украсть, вынести и прямо по дороге начать есть. Не украл и не вынес: не смог. Я панически думал, где заработать. Обычно эти думы увенчивались успехом. На кусок хлеба заработать можно было всегда. Часто этот заработок давался ценой нечеловеческих усилий, часто труд неоправданно низко оплачивался, но я всегда вспоминал притчу про двух лягушек, одна из которых утонула в кринке с молоком, а другая болтала лапками до изнеможения, пока не сбила масло, - и по нему выбралась наружу. Главное – болтать лапками.
Правду говорят, что от сумы да от тюрьмы зарекаться не стоит. Кого-то обстоятельства так перемалывают, так ломают, что человеку становится всё равно, где он спит и что он ест. Но зачастую в нищих оказываются те, кто просто не хочет бороться с обстоятельствами. И наш сегодняшний разговор – о нищих. О профессиональных нищих, попрошайках.
На рынках, в подземных переходах таких много. Как выслеживают цыганки своих потенциальных жертв, непонятно. Может, по внешнему виду, может, по выражению лица. Но только отбиться от них бывает чрезвычайно трудно. Тут тебе припоминают и здоровье детей, и порчу, и все мыслимые и немыслимые праздники. Я уважаю цыганок, которые торгуют кофтами, куртками и платками. Другие собирают перо. Третьи просто гадают. Много у нас в Ростове дворников-цыган. Это тоже приветствуется. Если есть спрос на такие услуги, то и пусть будет. Но назойливость же, и тем более откровенная наглость – только раздражают.
Другая категория попрошаек – инвалиды. Их, безруких, безногих, - жалко. Но большинство получает пенсию, а деньги, выпрошенные на еду, пропиваются. Ну не могу я давать на водку!
Даже рядом с церковью в один из двунадесятых праздников пришлось наблюдать такую картину. Сидели юродивые да и задрались по поводу несправедливо, по их мнению, распределённого подаяния. Потом тут же перешли на другую сторону улицы, примостились на пеньке, достали водку, начали пить, закусывать пирогами да куличами, ругаться матом.
Но больше всех вызывают жалость те, кто просит подаяния с ребёнком на руках. Тут и не дать нельзя. Однако о таких больше всего и ходит слухов, что детей они берут «в прокат» у неблагополучных матерей. Сейчас, правда, таких гоняют, но всё равно они периодически выходят на улицы Ростова, и дети у них на руках чаще всего спят. А вот почему – вопрос другой. Возможно, здесь даже кримимнал.
Есть и ещё один тип профессиональных попрошаек, которых условно можно назвать «гопниками». Этакие здоровые пацаны, явно и не калеки, и не «святые», и не «мадонны» с детьми: «Слышь, братан, пятью рублями не выручишь?» На что? Варианты: пива купить, на телефон положить или «просто так». Вот совсем недавно вечером шёл я по улице. Останавливает меня двухметровый детина и жа-а-лобным таким голосом, удивительно не идущим к его исполинской фигуре, начинает причитывать: «Брат сердца моего! (молчит, в глазах – сомнение) Не выручишь десятью рублями?» Раньше, из чувства презрения, я подавал, а тут вдруг как перемкнуло. Нет, не жалко десяти рублей, не жалко и больше. Но я их зарабатываю «пахотой» на износ, а ты, здоровая детина, у меня выпрашиваешь. Злость такая подкатила! И в то же время какая-то досада. Вроде как и пожадничал. С другой стороны – ну как не стыдно попрошайничать тому, кто вполне может заработать!
А на главном автовокзале уже совсем примелькались лица тех, кого в дороге «обокрали», или кто «потерял» документы, или «отстал от автобуса (поезда)». И каждый раз – новые истории, одна свирепее другой. И подать нельзя, и не подать нельзя. Но обидно, что держат тебя за «лоха».
В Москве один профессиональный нищий хвастался, что в день имеет до 50 тысяч рублей, а место это в центральном переходе купил за большие деньги. Вот так…
А знакомый редактор газеты рассказывал, как несколько недель назад повстречался ранним утром с профессиональным нищим, направляющимся с вокзала на наш рынок. Открыл душу человек. Он в прошлом имел приличную должность, неплохо зарабатывал. Семейная жизнь не сложилась. А вышел на заслуженный отдых – квартиру сыну отдал. Вполне приличную пенсию перевёл на книжку. Сам же приехал в Ростов (здесь подают неплохо), держит себя аккуратно, бреется где-то, стирается даже. До 3000 рублей в день на подаяниях имеет. На книжку же пенсия – кап, кап. О планах на будущее не распространялся, но несколько сотен тысяч уже накопил.
Действительно, следует семь раз отмерить, прежде чем давать кому-то милостыню сейчас. И лучше всего давать действительно не первому попавшемуся нищему, а на добрые дела изменяющие мир к лучшему (Церкви в первую очередь, больным, погорельцам), а значит – уменьшающие количество самих нищих. Или людям, которых знаешь, и знаешь, что они действительно попали в беду и реально нуждаются, а не пропьют твою помощь ближайшим вечером.
Но как быть со старушками? Ведь может быть, что у них и взаправду сын отнимает пенсию и пропивает, а им не хватает на лекарство и пропитание. Женщина рассказывает: видела одну бабушку, продававшую кой-какую посудку (не новую, но чисто вымытую). Покупательница заплатила ей вдвое больше затребованного, так эта бабушка даже вскрикнула от радости. Разве это можно разыграть как по нотам? И потом: старенькие бабушки не всегда могут пойти к храму, они ведь слабенькие уже, они просят там, где побольше народу проходит и можно хоть что-то собрать. Попробуйте сами по жаре простоять хоть три часа – не выдержите. Они идут собирать явно не от скуки и не от жадности. Разве они обманщицы? Но и среди бабушек есть такие, которые, однажды начавши, уже остановиться не могут. Здесь сказывается и душевная болезнь, иногда и старческая скаредность, а зачастую – просто желание побыть в толпе и этим что-то заработать. С другой стороны, непонятно, почему нельзя с этой целью торговать вот хоть семечками или жареным арахисом? Прибыль в отдельные дни, говорят, тоже неплохая.
Но кажется, что мы подаем, чтобы душу свою спасти, а обманщики своё получат, не нам их судить. Бог разберёт.
Во времена Христа большинство нищих были нищи по объективным причинам – они физически не могли выбраться из нищеты, таковы были реалии того жестокого времени. А подавляющее большинство нынешних «свободных» нищих – это те, кого можно описать простым и ёмким словом – тунеядец. Он нищ не потому, что обстоятельства непреодолимы, а потому, что не хочет работать в принципе; при этом, в оправдание своей лени, действительно считает себя «свободным». И многие сердобольные, но не очень разумные христиане верят этому нищенскому самообману. Восторг должен полностью затуманить мозг, чтобы в воспитанном на советском атеизме и материализме опустившемся человеке, с распухшим от водки лицом, изъясняющемся исключительно матом и мечтающем только о новом «пузыре» к вечеру и о совокуплении с такой же распухшей бомжихой, увидеть духовного странника.
Часто даже неискушённым глазом можно увидеть, как нас обманывают. Много раз, например, на одном из въездов в город, прямо на трассе, там, где обычно машины становятся в пробках, уже не первый сезон стоит чернявенькая женщина с жалостливой табличкой. Судя по тому, что дают ей водители охотно, уже можно давно было решить большинство своих проблем.
У каждого подземного перехода – свои нищие. Здесь тоже таблички. Иногда стоят с фотографиями и историями «болезни» детей. Часто бывает, что понимаешь, куда пойдут твои деньги, - на выпивку. А недавно я был весьма возмущён. Рядом с консерваторией есть переход. Около него на лавочке, как говорится, покотом валялись три заросших бомжа. А четвёртый бородач «с большого бодуна» сидел возле входа в подземный переход и просил денег. Люди смеялись и давали. Я не поленился прочитать табличку, которую держал этот бомж: «Подайте на бухло! А то демоны одолели!»
Ну, что ж, хоть честно. Хочешь – дай, зная, что твои деньги гарантированно пропьют. Не хочешь – не давай. Просто часто бывает так, что не дашь – и как-то неудобно, проходишь отворачиваясь, опускаешь глаза. Но на всех ведь не напасёшься! А деньги – они, может, кому-то легко достаются, а кто-то должен их тяжёлым трудом зарабатывать.
В ростовском приюте для бомжей тех, кто промышляет подаянием, довольно много. И большинство – Христа ради. Хотя и здесь есть исключения. По словам работников «бомжатника», некоторые из их бывших «клиентов» находят работу, имеют вполне приличный для их положения заработок. Но таких, естественно, немного. Остальные напрягаться не любят. А зачем, если сердобольные граждане и так подадут на пропой (кормят-то в приюте бесплатно)?
В общем, каких-то «рекомендаций» по поводу того, как вести себя с нищими, дать не возьмётся никто. Подозревать в каждом просящем Христа ради тунеядца и обманщика – грешно. Но и подавать всем без разбора тоже вроде бы не годится. Точно не стоит подавать тем, кто наверное подаяние пропьёт. Подавать ли назойливым цыганкам, высаживающимся как будто десантами с завидной периодичностью, тоже трудно решиться. Подавать старушкам на порожках магазинов? Дайте лучше бабушке продукты. Если возьмёт и съест – значит, действительно нуждается. Кто просит детям на лечение – побеседуйте с этим человеком: может, и вправду у него горе. Как сердце подскажет…
____________________
Нашли ошибку или опечатку в тексте выше? Выделите слово или фразу с ошибкой и нажмите Shift + Enter или сюда.
Радоница, или Проводы: когда ходить и как вести себя на кладбище
