Какое-то время я жил в многоквартирном доме, а над нашей квартирой – молодая семья. Дом был старенький, типичная хрущёвка, чуть не сталинка, с тонкими перегородками между этажами. Звукоизоляции никакой, а потому мы были всегда в курсе, когда у соседей с любой стороны праздник или диарея. Так вот. Эта молодая семья, с ребёнком садовского возраста, - ну до чего ж была шумная! Вечный топот, крики, скандалы. Особенно по утрам. Они дрались, швыряли друг друга, ребёнок истошно орал каждое утро. Но вечером заходили в подъезд все вместе вполне довольные, ребёнок, счастливый, жался к родителям. Идиллия, одним словом. Однако через два-три часа снова начинались скандалы.
Что делать? Подмывало позвонить в милицию. Наверное, приехали бы, составили протокол. Вполне возможно, что инициировали бы лишение родительских прав. Но нам казалось, что всё-таки лучше родители, чем детдом.
По телевизору мы видим столько случаев жестокого, варварского обращения с детьми! Мы скоро привыкнем к этому, как привыкли к терактам. А привыкать к такому нельзя, иначе человек станет циничным и равнодушным.
Но вот телесюжет. У молодой семьи забирают детей. Двое мальчиков, на вид одному года полтора, другой постарше, ходят по квартире абсолютно голенькие. В квартире идёт ремонт. Ремонту уже не первый год. Мать – девчонка лет 19-20, отец чуть старше, в квартире ещё мать молодой женщины, то есть бабушка малышей, лет 45-50 на вид. Камера показывает бардак, строительный мусор, обоев на стенах нет, холодильник, впрочем, полный. Правда, как утверждают инспекторы на камеру, продукты сомнительного качества. Бабушка явно пьяна, мать абсолютно трезва, хотя те же инспекторы утверждают, что частенько бывает наоборот. Отец оказался на работе (работает аж на трёх работах, чтобы содержать семью) и когда узнал о том, что детей забирают, примчался очертя голову, абсолютно трезвый, вполне адекватный молодой человек. Дети вначале забились под кровать, когда услышали что пришли посторонние, еле удалось их вытащить, а потом так вцепились в родителей, что инспекторам пришлось отрывать их силой. Слёзы родителей и детей не возымели никакого действия. По ТВ всё преподнесли как абсолютно естественный процесс, но со стороны было похоже на фашизм какой-то.
И подумалось вот что. Что же у нас за страна такая, что молодая семья с двумя детьми не может обеспечить нормальное существование себе и детям? Почему отец работает аж на трёх работах, что бы заработать им на жизнь? Да, возможно, они получили какие-то деньги за рождение второго ребёнка, но полученного, видимо, уже нет, а потому и ремонт застопорился.
Да и вообще – по каким критериям, хотелось бы знать, инспектора определяют степень комфортности проживания детей в тех или иных семьях? Часто читаем мы статьи об ужасающих фактах из жизни некоторых семей. Да у нас ли это такое?! Впрочем, везде, наверное, этого хватает. Но лишать родительских прав нужно только в самом-самом крайнем случае.
Я вспоминаю, как мы росли. В раннем детстве помню мазаный пол, одну или две игрушки, убогую обстановку съёмной квартиры. Родители на работе, я предоставлен сам себе. У меня не было ни письменного стола, ни уголка своего. Уроки делал поначалу на обеденном столе (и не на столе даже, а на какой-то тумбочке!), предварительно его вытерши. И что? А сейчас за такое родителей моих если бы не лишили прав, то уж точно бы терзали. И никто не заглядывал в наш холодильник ещё и потому, что холодильника у нас просто не было: мы тогда жили бедненько.
Но вернусь к телесюжету. Конечно, когда у женщины есть надёжный тыл, когда она может рассчитывать на то, что и после развода с мужем (а такое у молодёжи, к сожалению, часто случается) ей с детьми будет где и на что жить, тогда да. Но таким молодым, в 18-20 лет, заводить семью – отчаянный шаг в наши дни. Но почему же тех, кто решился завести семью, но по тем или иным причинам не справляется, тут же записывают в неблагополучные? Почему никто не помогает им?
Конечно, проще отобрать и отправить в приют, чем возиться. И после этого мы говорим, что у нас огромное количество детей в приютах.
Несколько лет назад я побывал на новогоднем празднике в одном приюте. Детки пели, плясали вокруг ёлки, читали стишатки Дедушке Морозу. И был среди них мальчишечка лет трёх или четырёх, в костюмчике Чебурашки. Хорошенький пацан такой! Но грустный-грустный. Даже мужское сердце сжалось, когда я смотрел на него. Спросил у воспитателей, оказалось, что в приюте из этой семьи трое. Мать с отцом не работают, ведут аморальный образ жизни. Я не знал, что там за отец и мать, а видел только, что ребёнку даже в счастливый Новый год без родителей очень плохо.
Очень-очень давно случилось мне поработать в детском доме. Уж такой был детский дом – образцово-показательный. Шефами было КГБ СССР! На территории детдома были свои карусели, стадион, игровые площадки. На каждую группу из 8 человек – своя учебная, своя игровая комната. Одевались гораздо лучше, чем дети из семей. Часто на столах была дорогая рыба и даже икра. В каждой игровой комнате стояли огромные цветные телевизоры и ещё редкие тогда видеомагнитофоны. Десятки кружков работали в этом детдоме. Но ни один ребёнок не ощущал себя счастливым!
А ведь в детских домах и сейчас по большей части воспитываются так называемые социальные сироты – то есть дети при живых родителях. И когда я вспоминаю о страшном случае в одном донском детдоме (имею в виду нелепую гибель мальчика), думаю: а вдруг у него тоже живы родители? А жизнь его вот так закончилась, вдали от материнских глаз и рук…
Мы сейчас отдаём российских детей на усыновление за границу, где их убивают, а обеспечить должное существование в рамках родных семей мы им не можем, потому что у нас слишком много более важных дел. И на всё нужны огромные деньги!
Но вот посмотрите, сколько семей сейчас находятся на грани выживания. Как трудно им воспитывать детей, как трудно одевать и кормить их. Некоторые родители, как говорится, срываются. От безысходности. Конечно, у них легче отнять детей, поместить их в приют, а потом рассовать по детдомам. Но почему не помочь?
Да, у нас есть опекуны, есть приёмные семьи. Но у каждого ребёнка должны быть свои родители!
Мне кажется, те огромные деньги, которые выделяются на создание и содержание социальных приютов, детских домов, колоний для несовершеннолетних и прочих отчуждающих детей учреждений, необходимо повернуть на организацию центров психологической, социальной и финансовой помощи оказавшимся в трудной ситуации семьям.
Те, кто работает в ПДН, всем не помогут, даже если будут работать круглосуточно.
Вот и получается, что государство практически в открытую говорит: вы не имеете права на ребёнка, потому что вы нищие!
А как то же государство помогает семье? Избирательно. Кому-то повезло с материнским капиталом. Кто-то хитрит и чуть ли не на «Бентли» приезжает за пособиями. А большинство людей растит, воспитывает, лечит, обувает и одевает своих детей самостоятельно, и ничего от государства за это им не полагается. А только сына в 18 лет отдай в армию. Обучи детей своих сам, чтобы они пришли готовыми специалистами создавать материальные блага теперешним хозяевам предприятий. И вообще для государства сейчас предпочтительнее, чтобы родители только рожали детей, а на доращивание их будут забирать в инкубаторы – в социальные приюты и детские дома. Вот как-то затеяли внедрение ювенальной юстиции…
Сторонники идеи насаждения в России ювенальной юстиции, заручившись поддержкой в бюрократической среде, постепенно переходят фактически к тактике открытого террора, направленного на подрыв семьи как ключевого института российского общества. Причем в качестве основного объекта для атаки, как правило, выбираются наиболее уязвимые и беззащитные социальные группы – многодетные и малообеспеченные семьи. И это в то время, когда именно многодетная семейная модель способна спасти Россию от демографической катастрофы. Однако порой складывается такое впечатление, что силы, стоящие за распоясавшимися ювеналами, преследуют прямо противоположные цели.
Представители надзорных органов иногда откровенно злоупотребляют данными им полномочиями осуществлять надзор за так называемыми неблагополучными семьями и фактически насильственно отбирают детей у родителей. При этом блюстители права ребенка на достойные условия жизни, следуя только им понятной «логике», отнюдь не спешат помочь его родной семье создать эти самые соответствующие условия (через содействие в решении жилищной проблемы, в трудоустройстве родителей, в предоставлении мест в детсадах и пансионатах с обучением).
Из всего арсенала методов и средств по улучшению качества жизни «подопечных» детей опекуны-ювенальщики (там, где они уже есть) почему-то предпочитают исключительно репрессивно-карательные. В результате численность воспитанников сиротских учреждений постоянно и искусственно повышается. Причем в наше время, да при живых и здравствующих родителях, которые не только не отказываются от выполнения своих родительских обязанностей, но даже готовы отстаивать свое право на детей.
Несколько лет назад, помню, центральные СМИ опубликовали обращение 34-летней жительницы Питера Веры Камкиной, которая после смерти мужа одна воспитывала четверых детей. Она писала о том, что органы опеки угрожают ей отобрать детей, мотивируя готовящуюся варварскую акцию плохими жилищными условиями (одна комната в коммунальной квартире площадью 18 кв. м). Вот такое современное воплощение идей социал-дарвинизма («бедные не имеют права размножаться»), которому могли бы аплодировать г-н Мальтус и отцы-основатели Третьего рейха. Особый цинизм ситуации состоит в том, что сначала либерал-реформаторы по сути лишили подавляющее большинство граждан России возможности реализовать свое право на жилье, а затем их идейные апологеты из представителей «заточенных» под нормативы ювенальной юстиции органов опеки лишают малоимущих последней «роскоши», которую они могут позволить себе в жизни, – радости воспитания собственных детей.
По словам многодетной матери, органы опеки «утверждают, что нет спальных мест, а вот в детском доме, в доме ребенка этих спальных мест много. Зачем улучшать жилищные условия моей семье? У меня мало денег, и хватает их только на самое необходимое. Мне говорят, что в детском доме моих детей будут кормить лучше. Когда я прошу помочь мне определить детей в детский сад и ясли для того, чтобы я могла работать и зарабатывать больше, мне в этом отказывают. Меня и моих детей хотят разлучить. Мы все в горе, мы все страдаем. На моих детях пытаются выполнить план по заполнению детских домов России». Женщина буквально умоляет российские власти не допустить вопиющего ювенального произвола и беззакония: «Дети плачут, просятся домой, они понимают, что нас хотят разлучить. Я нахожусь с детьми в больнице. Я ничего не могу сделать. Я беззащитна. Прошу защитить меня и моих детей от этого произвола, от беззакония. Чиновники сиротят четырех моих детей при живой матери».
Пока ещё не принят федеральный закон «Об основах ювенальной юстиции», который, в случае его принятия, мог бы поставить под угрозу независимость семьи, ее право самостоятельно решать вопросы семейной жизни, право родителей определять приоритеты воспитания и устройства семейной жизни; традиционные детско-родительсткие отношения, исходящие из подчинения младших старшим; неограниченная возможность вмешательства разнообразных структур в дела семьи и ограничение естественного права родителей не только на рождение ребенка, но и на его воспитание в избранной им системе ценностей. То есть ни наказать ребёнка, ни накричать на него, ни шлёпнуть в случае чего мы уже не будем иметь права. И если у нас маленькое жильё, если мы получаем небольшую зарплату, если не можем обеспечить детям «нормативные» условия, значит, у нас нет права на наших детей.
Конечно, давайте ещё разрушим и семью. Так… Что мы там ещё не разрушили?
____________________
Нашли ошибку или опечатку в тексте выше? Выделите слово или фразу с ошибкой и нажмите Shift + Enter или сюда.
Исполнилось 60 лет подвигу героев “огромного неба”
