Новости города Ростова-на-Дону и юга России
Актуально Военная служба Душевная летопись Ростова от Елены Козыревой. Письма ростовчан. Часть XVI. Мой папа Александр Козырев

Душевная летопись Ростова от Елены Козыревой. Письма ростовчан. Часть XVI. Мой папа Александр Козырев

В День защитника Отечества мы идём на поклон к своим отцам и дедам, мужьям и братьям. Без политических, пристрастных суждений. По простому желанию  поздравить родных мужчин с их праздником. В них мы видим опору и защиту в пределах семьи и в масштабе страны и мира. Этого праздника у нас не отнять. С гордостью и надеждой, с пожеланием здоровья и счастья для всех… С 23 Февраля!

Сегодня моя публикация посвящена моему отцу. Часть моей семейной главы из сборника «Письма ростовчан» .

___________________________________________________________________

Мой папа Александр Борисович Козырев родился в Ростове-на-Дону 30 августа 1955 года. С первого по третий класс учился в школе №13 на углу площади Свободы и площади К. Маркса. С четвертого по десятый класс учился уже в школе №94 в Александровке - всех поселковых детей (Зелёный посёлок, г. Ростов-на-Дону) разом перевели в 94-ю школу.

Папа рассказал мне, что помнит день, когда всех учеников 13-ой школы в Нахичевани освободили от занятий. Что-то готовилось, что-то неясное происходило, территория площади К. Маркса была оцеплена. Вместо того чтобы идти домой, папа с одноклассниками — дети второго или третьего класса – пробрались за ограждения и спрятались. И они видели своими глазами историческое событие — взрывали армянский храм. От взрыва храм поднялся и опустился на своё место! То есть от первого взрыва он устоял, не разрушился. Но уж со второй попытки он рухнул. Это был 1964 или 1965 год.

Храм Григория Просвятителя (Сурб Григор Лусаворидж) на бывшей Соборной площади Нахичевани (теперь пл. К. Маркса г. Ростова-на-Дону) был главным в соседнем от Ростова армянском городе. Город Нахичевань основан в 1779 г. А этот храм строился с 1783 по 1807 годы. В 1928 году Нахичевань стал Пролетарским административным районом Ростова-на-Дону.

Интересно, что не только обрушение исторического объекта довелось видеть в детстве моему папе, но и открытие нового монумента. Правда, не в Ростове, а в станице Кущевской, где он гостил на каникулах всё лето у своих бабушки и дедушки. В августе 1967 года на окраине станицы Кущёвской около трассы готовились к торжественному открытию памятника «Казакам-гвардейцам». В присутствии огромного количества народа, официальных лиц, кубанских и донских казаков началось мероприятие, посвященное 25-летию легендарной Кущёвской атаки. А в это время мой папа был недалеко оттуда в степи со старшим братом Борей Добряковым, который перегонял лошадей. Август, жарко, папе без малого 12 лет, он одет в одни шорты, почти голый, верхом на неосёдланном коне. И тут его конь понёс, стал вообще неуправляемым. Папа ничего не мог поделать, как просто удерживаться на скаку. Конь летел как раз в сторону скопления народа. Казаки там были с лошадьми. Вероятно, конь учуял кобылу – и всё, его не волновала толпа людей. В разгар торжественной части конь с моим отцом летел в колонну казаков, и, конечно, началась суматоха, коня пытались остановить, папа кубарем упал на землю, к нему кинулись на помощь, кричали «Хлопчик, хлопчик!.. Живой?». Подняли — папа разбился весь, но больше этого волновался, что за такой переполох ему достанется. Конечно, к нему не было претензий, взрослые были рады, что он не пострадал ещё больше. А вот от бабушки Марии он получил нагоняй, когда его, разбитого, сопроводили домой. Его бабушка была строгой.

Папа вырос, выбрал профессию водителя. Надо было зарабатывать не только для себя. Его отец, мой дедушка, скоропостижно умер. Папу отозвали из армии на похороны. Он в 19 лет стал главой семьи, нужно было поддерживать маму, овдовевшую в 43 года. Грустно и горько. Но жизнь должна продолжаться.  

Путь моего папы прошёл через крупнейшие предприятия Ростова: Ростсельмаш, СИиТО (Ростовский завод специнструмента и технологической оснастки), Атлантис-Пак (Группа Агроком). О том, как папа исколесил всю страну и Восточную Европу, надеюсь, он сам напишет в следующей части нашего сборника. И о верных друзьях-сослуживцах тоже. Папа, пиши свою главу!

Нельзя не раскрыть тему, которая прозвучала сейчас в рассказе о моем отце. Всего то в 85 км от Ростова, совсем немного не доезжая до кубанской станицы Кущёвской, есть Поле казачьей славы. Стоит побывать там и проникнуться этой историей.

Легендарная Кущёвская атака — 2 августа 1942 г.

В августе 1967 года в честь легендарного 4-го гвардейского Кубанского кавалерийского казачьего корпуса и ветеранов 5-го Гвардейского Донского Казачьего Кавалерийского Краснознамённого Будапештского корпуса установлен памятник «Казаку-гвардейцу». Всадник на вздыбленном коне и надпись: «Здесь в августе 1942 года стоял насмерть, защищая ворота Кавказа, 4-й Гвардейский Кубанский казачий корпус, удивив мир своей стойкостью и величием духа».

О боях под станицей Кущёвской 17-го кавалерийского казачьего корпуса в июле-августе 1942 года написана замечательная книга «Легендарная Кущёвская атака» (авторы А.А. Дрига, Л.В. Рогочая). Она прекрасно доносит до читателя все этапы развернувшихся событий и героизм, который проявили казаки Кубани и Дона, джигиты Адыгеи в тяжелейший период истории нашей страны.

Перед казаками была поставлена задача – задержать продвижение немецкой армии на Кавказ. Требовалось остановить продвижение гитлеровцев к Сталинграду, к кубанскому хлебу, к кавказской нефти. Они уже оккупировали Украину, Ростовскую область (июль 1942 г.). Нужно было любой ценой выиграть время. В эти дни на Майкопских нефтепромыслах шла интенсивная работа по их уничтожению. На эту операцию было отведено всего пять дней. Именно тогда, 28 июля 1942 годы был издан жёсткий приказ Верховного Главнокомандующего Красной Армии  И. В. Сталина «Ни шагу назад!» (Приказ №227).

2 августа 1942 г. «… против двух сабельных казачьих полков за подготовленной ранее линией обороны располагались 101-я горно-стрелковая дивизия "Зеленая роза" и два полка СС. Против одного нашего артиллерийского дивизиона были выставлены 12 пушек и 15 батарей немцев. Казаки были готовы к конной атаке и ждали команды. И тогда над головами казачьих лав командир дивизии взмахнул клинком, указывая направление атаки. Половину расстояния до противника казаки прошли шагом, половину рысью, и лишь когда чужие траншеи стали видны невооруженным глазом, казачьи лавы перешли в галоп. Распахнув на 2-х километровом участке ворота в немецкий тыл, казаки накатили мощным валом и продвинулись на 12 километров в глубину. Через три часа, когда они возвращались на исходные позиции, за их спинами осталось лежать 5 тысяч трупов противника, изрубленных свинцом, втоптанных в землю копытами коней. А сутками позже, 3 августа, такую же атаку под станицей Шкуринской повторила 12-я Кубанская дивизия. И еще 3 тысячи немцев из горно-стрелковой дивизии и полка СС "Белая лилия" навсегда остались в русской земле... В дневнике убитого фашистского офицера была найдена такая запись: «Перед нами встали какие-то казаки. Это черти, а не солдаты. И кони у них стальные. Живым отсюда не выбраться».

 «В этих первых боях отличились многие казаки: отец и сын Недорубовы, Божко, Рыжов и другие. Константин Недорубов во время Кущевской битвы уничтожил семьдесят фашистов. В первую мировую войну он стал полным Георгиевским кавалером (4 креста), а за бой под Кущевской получил звание Героя Советского Союза.»

 «Бои были скоротечными, рубка была жестокой. Казаки бились с презрением к собственной смерти. Как потом писали в мемуарах выжившие в боях участники этих событий, казаков называли «черными дьяволами». Фашисты не могли предугадать, что ожидать от этой лавы безумцев».

У этого сражения было еще одно важное последствие: отрезвляющее воздействие на гитлеровцев, которые возлагали слишком радужные надежды на российское казачество. Официальная пропаганда обещала им, что казаки будут встречать освободителей с цветами и с радостью, в массовом порядке обратят свое оружие против большевиков. Известно, что в начальный период войны немцам удалось привлечь на свою сторону довольно большое число казаков, продавшихся за обещания создать независимое казачье государство и идеи реванша за проигранную гражданскую войну. Немецкие газеты и кинохроники того времени постоянно рассказывали о подвигах казачьих частей и подразделений вермахта. И хотя с казаками Красной армии немцы встречались уже не раз, именно кущёвская атака произвела чрезвычайно мощный психологический эффект и породила множество слухов, легенд по обе стороны фронта.

… 30 июля 91-й стрелковый полк и части 4-й горнострелковой дивизии вермахта «Энциан» вышли к реке Ея западнее станицы Кущёвской. Эти рубежи удерживали соединения 18-й армии под командованием генерал-лейтенанта Федора Васильевича Камкова. Было предпринято несколько атак, отбитых огнем советских войск, но при этом горным стрелкам удалось захватить плацдармы, угрожавшие с флангов 216-й стрелковой дивизии, которая удерживала станицу.

На следующий день упорные бои у Кущёвской продолжались: немцы атаковали несколько раз, и положение советских войск ухудшилось. Утром 31 июля немецкая пехота, когда бои шли уже в самой станице, положение стало угрожающим на всем участке фронта, вдоль среднего течения реки Ея. Немцы развивали наступление на позиции 12-й Кубанской и 116-й Донской кавалерийских дивизий, оборонявших соседние станицы Шкуринскую и Канеловскую.

Казаки там несколько раз контратаковали и даже сумели ненадолго отбросить противника, но тот располагал слишком значительным превосходством в резервах и в поддержке с воздуха. В результате к концу 31 июля последние подразделения 216-й стрелковой дивизии 18-й армии оставили Кущёвскую.

С наступлением ночи к станице подошли казаки 15-й Донской кавалерийской дивизии, входившей в состав 17-го Кубанского казачьего корпуса. Они пытались с ходу выбить противника из станицы, но атака была неудачной.

Создавшееся положение было крайне невыгодно для отступающих советских войск, которым катастрофически не хватало времени на организацию прочной эшелонированной обороны. Станица Кущёвская была очень удобным плацдармом для развития немецкого наступления, она создавала угрозу советским войскам, отступавшим на Туапсинском и Моздокском направлениях.

Для восстановления позиций на реке Ея 1 августа командование Северо-Кавказского фронта решило ввести в бой свежую 13-ю кавалерийскую дивизию, тоже входившую в состав 17-го Кубанского казачьего корпуса.

17-й корпус был довольно необычным соединением. Помимо того что он формировался из казаков и самими казаками на их же средства, в него записывались добровольцами жители казачьих станиц Дона и Кубани. Многие из них были непризывного возраста, но зато имели опыт Первой мировой, Гражданской и других войн. Это были обстрелянные профессиональные воины, знающие цену жизни и смерти, умеющие взвешивать риск, понимавшие, на что они идут. И ради чего. Такой корпус вполне можно было бы назвать элитным.

Другим, и тоже очень важным, преимуществом в предстоящем сражении был характер местности: большая часть территории, прилегающей с юга и с востока к реке Ее, была покрыта рощами и садами, изрезана многочисленными балками, что благоприятствовало скрытной концентрации крупных сил кавалерии. При этом окрестности самой Кущёвской были более открытыми, и значительная часть немецких позиций довольно хорошо просматривалась.

13-я Кубанская казачья кавалерийская дивизия состояла из трех кавалерийских полков и артиллерийского дивизиона. Казачьи эскадроны, используя высокую кукурузу, подсолнухи, и лесополосы, зелёной стеной подступавшие к Кущёвской, в ночь с 1 на 2 августа скрытно заняли исходное положение в полутора-двух километрах от станицы.

Ставка делалась на неожиданность массированного сабельного удара. Наличие у противника автоматического оружия и пулеметов само по себе еще не означает возможность остановить массированную кавалерийскую атаку. Для этого необходимо, прежде всего, правильное расположение пулеметных точек (с флангов и на определенной дистанции). Видимо, немцы не ожидали удара днем в конном строю, это было довольно редким тактическим приемом.

«Паника у врага была страшная, по самым скромным и осторожным подсчетам, в первой атаке казаки зарубили более полутора тысяч немецких солдат и офицеров, и около трехсот захватили в плен. Казачья лава рассыпалась по улицам, преследуя разрозненные группы и одиночных немцев. Это замедление дало передышку и позволило организовать контратаку мотопехоте, которая занимала позиции на высотах, тянувшихся от Кущевской до хутора Веселый. Вскоре появились и немецкие самолеты. Но перехватить инициативу в тот день фашистским войскам так и не удалось. Бронетехнику встретил огнем прямой наводкой артдивизион, успевший к тому времени занять позиции перед самой станицей. А воздушной поддержки немцы так и не дождались — в условиях близкого контакта с противником это было невозможно и самолеты улетели назад».

Очистив улицы станицы Кущёвской, казаки снова пошли в атаку, они приближались вплотную к бронетехнике и на скаку забрасывали машины гранатами и бутылками с зажигательной смесью.

 «Советские танки вступили в бой примерно через полтора часа. Это были подразделения отдельной Майкопской танковой бригады, сформированной из курсантов Орловского танкового училища, и получившей приказ очистить станицу Кущёвскую, взаимодействуя с частями 13-й кавалерийской дивизии.
К моменту появления танков немцы почти вытеснили из станицы казаков, так  что наши танки появились вовремя, и они решили исход сражения. Они атаковали станицу несколько раз в течение полутора часов. При этом была успешно отбита еще одна контратака: немцы попытались, используя те же самые лесополосы, зайти в тыл к советским войскам, но вышли прямо на русские танки. К концу дня станица Кущёвская была, наконец, полностью очищена от врага».

Потери советских войск в боях 2 августа под Кущёвской оказались существенно меньше, чем у немцев, — около тысячи человек, три танка Т-34 и четыре БТ-7.

Участники сражения вспоминали напутствия генерала Николай Яковлевич Кириченко:
— Перед нами отборные вояки Гитлера. Горно-стрелковая дивизия «Эдельвейс» с приданными частями «СС». Красиво, гады, назвали себя, да только в их поганых, кровавых руках любой цветок умирает. Остановить их не могут. От безнаказанности обнаглели, своей кровью еще ни разу не умывались. Вот мы их и умоем. Кроме нас — некому. На фронте паника. Но а мы же казаки.

 «Тут ударила наша артиллерия на подавление. Развернулись и мы для атаки. Пошли по степи лавой. В ширину — километра на полтора-два. Пошли по старому казачьему обычаю молча, только шашки над головой вращали. Над степью завис зловещий свистящий шорох. И загудела земля от тысячи конских копыт. Вот этот звук, увиденная картина немцев, по-моему, и парализовали. Мы мчались на них, а в ответ — ни одного выстрела. Опытные казаки говорили нам, молодняку, что свою пулю, когда она в воздухе, чувствуешь, вот она, твоя смерть, уже выпорхнула из вражеского ствола. Я ничего подобного не чувствовал. Я уже и не слышал ничего, мир вокруг онемел. А нутро разрывала ненависть. Та самая, которая лютой зовется. Я ее даже как-то физически ощущал. Только бы дотянуться до врага, а там уже как придется — клинком его, голыми руками, зубами...»

«… Мы же неслись со стороны солнца. И без звука забился в его руках, как в падучей, автомат. И он не попал. И тут я достал его, как раз под каску, как учили, тут, главное, по каске не рубануть. Но и каски у них не у всех были. А потом уже работали инстинкты. Мир то включался, то выключался. Я видел, как винтом вворачивался в гущу гитлеровцев командир другого полка Соколов. Лучшего рубаку я вообще не знал. Говорили, что в том бою он срубил двадцать врагов. Но, на беду, и его пуля нашла».

«Бой закончился, и мы пили застоявшуюся, густую от всякой расплодившейся в ней заразы воду. И ничего нас не брало. Признаюсь, потом, после боя, почему-то лились из глаз слезы. И ничего поделать не мог. Старые казаки успокаивали, мол, после первого раза так бывает. Дотронулся до лица, а оно все к корке из пыли, пота, крови… Крови на нас было много. И на лошадях наших. Долго мылись...»
За сражения в районе Шкуринская - Канеловская - Кущевская 17-ый кавалерийский Кубанский казачий корпус, включая все его части в августе 1942 года получил высокое звание Гвардейского. Казаки прошли с боями от Кубани до Праги, освобождали Украину, Крым, Молдавию, Белоруссию, Чехословакию и Румынию.

У обочины дороги от станицы Кущёвской к посёлку Первомайскому стоит скромный, приземистый памятник участникам 4-го Кубанского казачьего корпуса – «Окоп Недорубова». Здесь сражались казаки под командованием К. И. Недорубова. Памятник носит имя Героя Советского Союза, полного Георгиевского кавалера, командира казачьей сотни, входившей в состав 15-й Донской кавдевизии – Константина Иосифовича Недорубова, сражавшегося вместе с 16-летним сыном Николаем в этом окопе на Кубанской земле в знойное лето 1942 г. Обелиск был сооружен в июне 1967 г. воспитанниками Новомихайловского детского дома Волгоградской области. Мотивом послужило, что на Кущевской земле получил звание Героя Советского Союза их земляк К. И. Недорубов.

Фотографии:

1. Июнь 1967 год, станица Кущевская, Краснодарский край.  Замечательная фотография! Сделана за несколько дней до папиного падения с лошади во время открытия памятника «Казакам-гвардейцам» в Кущевке. Он как раз в этих шортах и скакал на коне, только без майки (первый справа в верхнем ряду). Двоюродная сестра папы Татьяна из Кущевки (третья слева), держит одеяльце. Дружны всю жизнь. Только в детстве спорили, кто будет спать с дедушкой. «Воевали» за его внимание.

2. Это уникальная фотография для меня. В центре мой папа, а рядом первый слева — мой крестный. Саша Козырев и Женя Кутявин познакомились и подружились в 7 лет. Они ровесники, оба родились в августе 1955 года, даже дни рождения рядом. Жили в соседних домах на Зелёном посёлке. Дядя Женя после школы поступил в авиационный институт в Киеве, но его родители остались в Ростове. Дружбе этих ребят на сегодня 59 лет! Дядя Женя был ректором авиационного института в Киеве и всю свою жизнь он связал с гражданской авиацией Украины. Его приезды нас всегда потрясают, он обладает замечательным чувством юмора, у меня есть масса воспоминаний из детства о крестном — ну просто ни с чем не сравнимые!

3. Александр Борисович Козырев. Мы посетили новый музей «Поле казачьей славы» и папа рассказал нам историю своего невольного участия в открытии памятника «Казакам-гвардейцам» в 1967 году.

5. К.И. Недорубов первый слева. Почетные гости на церемронии открытия памятника «Казакам-гвардейцам», 1967 год.

7.  К.И. Недорубов.

С любовью, Козырева Елена

Подготовила 

Светлана Куприна

____________________
Нашли ошибку или опечатку в тексте выше? Выделите слово или фразу с ошибкой и нажмите Shift + Enter или сюда.

Один комментарий

  • Виктор:

    Замечательный рассказ! Из таких жизненных историй складывается история всей страны, всего народа

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нажимая на кнопку «Отправить комментарий» Вы соглашаетесь с Правилами.
Если не работают лайки-дизлайки, читайте здесь

Материалы с лучшими фото

Счетчики, соцсети

  • Яндекс.Метрика
  • Рейтинг@Mail.ru